Логотип

Пожертвование

Помощь в оплате хостинга

Yandex PayPal
Главная arrow Библиотека arrow Статьи arrow Православие в Монголии
Православие в Монголии Версия для печати Отправить на e-mail

Священник Алексей Трубач, настоятель Свято-Троицкого прихода, г.Улан-Батор, Монголия

Испокон века сложилось, что русских людей всегда мог собрать только храм. И куда бы ни приезжали русские купцы и ремесленники, где бы ни обосновывались, всегда приглашали православного священника и строили храм, который и становился центром их жизни, объединял русское общество за границей, давал духовные силы, сохранял связь с Родиной, не позволял опуститься.

Так случилось и в Монголии, когда здесь в связи с подписанием российско-китайского Пекинского договора (1860 г.) и «Правил сухопутной торговли» (1862 г.) были разрешены торговля русских купцов в Монголии и открытие Русского консульства в Урге. Первыми в Ургу прибыли в 1861 г. члены российского консульства, состав которого был небольшим: консул, секретарь, переводчик, фельдшер. Плохое знание страны и условий, в которых придется работать, привело к тому, что членов консульства сопровождали 20 казаков под командованием конвойного казачьего офицера, вооруженных хорошими ружьями. Однако, увидев доброе расположение со стороны простых монголов, поняли, что защита оказалась не нужна, и казаки, превратившись в строителей, стали возводить консульский дом. Казаки как народ набожный не могли обойти вопрос о построении пусть и небольшой православной церкви в честь Святой Троицы, непосредственно примыкавшей к зданию российского консульства.

И уже 22 марта 1864 года здесь была отслужена первая божественная литургия священником из Забайкалья Иоанном Никольским. Этот день, по новому стилю 4 апреля, можно считать днем рождения Троицкого прихода в Урге. Долгое время в храме не было своего постоянного священника, и богослужения совершали приезжие священники из Забайкальской и Китайской Духовных Миссий, Иркутской епархии.

1893 год ознаменовался началом постоянных богослужений в Урге: 4 сентября решением Священного Синода в консульскую церковь Живоначальной Троицы был назначен настоятелем священник Николай Шастин, бывший миссионер Цакирского стана Забайкальской Духовной Миссии. Он служил настоятелем прихода до 1914 года.

Вторым настоятелем Ургинского прихода был назначен иркутский священник отец Феодор Парняков. Сохранился его рапорт иркутскому епископу в газете «Забайкальские Ведомости» за август 1914 года, то есть сразу же по его прибытии на Троицкий приход. Прослеживается удивительная схожесть положения русской колонии и ее проблем сейчас и почти сто лет назад. Вот, что, в частности, пишет отец Феодор: «Худшая часть (русского) населения, находясь в близком соприкосновении с приезжими, шатка в нравственном отношении. Пьянство, картежная игра, половая распущенность, сквернословие, сплетни – все это сделалось обычным явлением жизни среди этой части ургинского населения. В Урге нет общественной библиотеки, читальни, чтений, собраний, которые бы объединяли русское население на почве религиозно-нравственной и культурной. Единственным развлечением является грязный иллюзион и кафештатный ресторан, которые оказывают вредное влияние на нравы жителей. Вообще русская колония в Урге есть случайное собрание разного рода люда, преимущественно коммерческого, проникнутого эгоистическими стремлениями к обогащению за счет доверчивых монголов.... Общим вопросом, объединяющим до некоторой степени прихожан Ургинской церкви, является вопрос о постройке нового храма. В последнее время этот вопрос был предметом усиленных суждений и разговоров. Сделана закладка храма с водружением креста. Собирались кой-какия средства. На этом дело постройки храма и остановилось. Наступившие грозные политические события отвлекли внимание (русских) ургинцев в другую сторону…». К слову, касательно построения храма, ситуация столетней давности также поразительно схожа с современной.

Почему, рассматривая историю православия в Монголии, мы говорим только о русских? Дело в том, что именно они составляли и составляют подавляющее большинство православной общины в Монголии. Миссионерство среди монголов не имело успеха по причине глубоко укоренившихся ламаизма и шаманизма. Так, командированному из Пекина в Ургу иеромонаху Геронтию в конце 60-х годов XIX века удалось крестить лишь около 40 монголов, однако крещенные не только подчас вместе с иконами держали в своих семьях ламаистские бурханы, но нередко отрекались от принятой веры, испытывая притеснения со стороны лам и родственников-язычников. Я могу подтвердить, что и по сей день существует такая проблема. Однажды ко мне обратился за духовной поддержкой один состоятельный и влиятельный в политических кругах монгол буддист. У него умерла прабабушка, которая была православной русской. Я ее отпевал. После отпевания, восхищенный чином православного отпевания он признался мне, что он разочарован в ламах, а беседы с православным священником убеждают его принять крещение. Я посоветовал ему прежде подготовки к крещению обсудить этот вопрос с родственниками, так как в Монголии родственные связи имеют большой вес. Через неделю он снова пришел ко мне, развел руками и сказал: «Я, конечно, всей душой с русским православием, но родственники против моего крещения, а потом, что скажут избиратели?» Сейчас, как и сто лет назад , лишь некоторые монголы, покидая страну и направляясь в Россию в поисках заработка или на учебу, осознанно принимают православие. Более того, русские православные в Монголии часто обращаются к врачам-ламам или к шаманам-гадателям, чем дискредитируют свою веру в глазах монголов. Об этом писал в рапортах и иеромонах Геронтий, и я также могу сказать, что, к сожалению, очень многие русские и даже российские политические деятели, приезжающие в Монголию участвуют в шаманских обрядах.

Возвратимся к истории православия в Монголии. Отцу Феодору Парнякову так и не удалось осуществить свою мечту ― построить храм. Революция 1917 года, внесшая неопределенность и сумятицу во внутреннюю жизнь России, способствовала росту нестабильности в жизни русской колонии в Монголии. Сам священник Феодор Парняков 28 января 1921 года после трех дней зверских пыток был убит белым бароном Унгерном фон Штенбергом, захватившим тогда Монголию.

Со смертью настоятеля жизнь на Троицком приходе постепенно затухает. Если до 1927 года в храм еще периодически приезжают православные священники, служат службы, совершают требы, то в 1927 храм закрывается для религиозного пользования и используется для иных назначений. Однако по воспоминаниям старожилов до 1970-х годов он сохранял вид православного храма, хотя и без креста. В эти годы сносится колокольня, зияющую дыру от которой и сейчас можно видеть на постройке, прилегающей слева к нынешнему магазину «24 часа» на ул.Жукова, и уже ничем не напоминающей былой Троицкийн сум (по-монгольски Троицкий храм).По Промыслу Божию Троице в Урге все же суждено было возродиться, пусть и не в том же месте, но рядом, прямо напротив, через дорогу ул. Жукова, недалеко от здания бывшего Российского Торгового Представительства.

Прежде чем сказать, как это произошло, надо упомянуть о составе русского населения, сложившемся в современной Монголии. Разделение на русских, украинцев и белорусов или метисов здесь, по крайней мере, ярко не выражено, поэтому будем говорить о русских как о русскоязычном населении. Условно это население можно разделить на две группы: во-первых, дипломатов и специалистов, во-вторых, «местнорусских». Со времен распада СССР экономическое присутствие русских в Монголии резко упало со 130 тысяч в 1990 году до 5 тысяч в 2006 году, и продолжает неуклонно падать. Тем не менее, эта первая группа и по ныне составляет большинство православного прихожан в Свято-Троицком приходе. «Местнорусские» – это потомки эмигрантов, но не времен Гражданской войны. Вторая волна переселенцев связана с развитием советско-монгольских золотодобывающих концессий. Коллективизация начала 30-х годов и голод в Сибири стали причиной переселения в Монголию третьей волны эмигрантов – крестьян, русских, украинцев и бурятов (до 1934 года советско-монгольская граница фактически оставалась открытой). Потомки этих выходцев из России и составили так называемое “местнорусское” население Монголии – полиэтническую общность, которую в основном сформировали дети от смешанных русско-китайских и русско-монгольских браков. На протяжении семидесяти лет они находились достаточно в униженном положении. Советский Союз их не признавал, также и Монголия. Нахождение же в чуждой культуре лишило «местнорусских» духовных корней, а, следовательно, и каких-либо духовных ориентиров. К сожалению, большинство из них находится в этом состоянии и сейчас, нравственно заметно отличаясь как от российских специалистов, так и от монголов. В начале перестройки многие возвратились в Россию, так что, если в начале 90-х их было около 5 тысяч, то сейчас около полутора тысяч. В 90-х они получили возможность получать гражданство РФ, продолжая жить в Монголии, а соответственно и материальную поддержку у посольства. На этой волне возникло общество российских граждан, постоянно проживающих в Монголии. По всей видимости, воодушевившись этой поддержкой, они решили получить поддержку и Русской Православной Церкви. С 1996 года по их обращению приезжали православные священники Бурятского благочиния Читинской епархии, совершались массовые крещения. А 19 января 1998 года в Улан-Батор прибыл новоназначенный настоятель Свято-Троицкого прихода в Улан-Баторе протоирей Анатолий Фесечко, который и возглавлял вновь образованный приход вплоть до июня 2005 года. Но надежды на материальную поддержку прихода достаточно быстро не оправдались, а потому на данный момент всего лишь трое из тех около 40 человек, кто был в 1997-99 годах активистами прихода, остались верными православными прихожанами. На сегодняшний день «местнорусские» составляют лишь небольшую часть прихода. Многие из тех, кто отпал, скорее всего, обращаются в многочисленные протестантские секты, где предоставляется обильная всяческая помощь. Но все же, по-прежнему, среди «местнорусского» населения преобладает обращение к ламам и шаманам.

29 декабря 1997 года российская компания ОАО «Внешинторг» передала здание на территории теперь уже бывшего Торгпредства в пользование Русской Православной Церкви.

Так или иначе, но Троицкий приход в Урге обрел второе рождение. Обычное жилое здание постепенно преобразилось в приходской комплекс. И на нынешний день здесь идет масштабная реконструкция.

В приходском здании были созданы крестильня, просторный каминный зал для проведения встреч и чаепитий прихожан и гостей прихода, лектория, просмотра фильмов, концертов духовной и классической музыки, официальных приемов в представительстве Русской Православной Церкви в Монголии. На данный момент ремонтные работы продолжаются в той части здания, где намечено сотрудничество с русско-монгольской школой «Эрэл» в преподавании монгольским детям основ русской культуры. Планируется также облагораживание территории прихода ― посадка деревьев, построение теплицы. В парке, который будет разбит на территории прихода, смогут культурно отдыхать не только прихожане храма, но и все жители района Баян Зурх. Предполагается также строительство детских спортивных площадок.

Однако наиболее важным сейчас видится направление, связанное со строительством отдельного православного храма в честь Святой Троицы на территории прихода. По архитектурному замыслу это будет небольшой храм общей площадью 165 кв.м по типу русских храмов 15-го века и призван свидетельствовать о тесных связях русского и монгольских народов. За всю историю русского православия в Монголии с 19 века, хотя и строились православные храмы (их было четыре), но подобные культовые постройки никогда не создавались, а в современном Улан-Баторе храм, безусловно, будет одним из лучших архитектурных сооружений. Детальную разработку проекта уже ведет монгольская проектная компания «Тамирын Шугуй». За основу разработки монгольских специалистов взят Рождественский храм в Иркутске.

Надо сказать, что идея строительства нового храма возникла еще в 2001 году. Тогда по приглашению российско-монгольского СП «Монголросцветмет» Монголию посетил митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл. 8 июля он освятил крест и закладной камень нового храма на территории существующего прихода. Инициатором строительства выступила вышеуказанное СП. Был разработан проект, но из-за финансовых проблем предприятие так и не смогло осуществить его. Новый проект отличается от прежнего меньшей масштабностью, так как количество русских и финансовые возможности российских предприятий даже за эти 4 года резко упали, но место строительство осталось тем же, освященное высокопреосвященным Кириллом.

Несколько слов о религиозной ситуации в стране.

В Монголии при населении 2,5 млн. человек действует около 300 храмов, принадлежащих различным религиозным конфессиям: буддисты, шаманисты, мусульмане, католики, мормоны (14 храмов по Монголии!), адвентисты, баптисты, пресвитериане, евангелисты и др. По информации министерства юстиции и внутренних дел Монголии, официально зарегистрировано 189 (!) религиозных организаций. Официально религиозные организации отделены от государства, но государство придает особый статус буддизму, шаманизму и исламу. Буддизм занимает главенствующее положение. В стране более 3 тыс. лам, около 80% граждан Монголии признают себя верующими буддистами. Но в настоящее время буддизм продолжает уступать место другим верованиям. И хотя другим конфессиям не разрешается проповедовать вне культовых заведений, но этот закон особенно сейчас успешно обходится. Например, в августе этого года, прямо во время визита далай-ламы в Улан-Батор приезжал протестантский пастырь. Его выступления транслировались по всем каналам, а его реклама в городе заметно преобладала над приветствиями далай-ламе. Общественность была очень этим возмущена, но ситуация осталась неизменной. Дело в том, что власти сами способствуют укреплению позиций иностранных конфессий. Некоторые из них (например, мормоны) освобождены от контроля властей. К примеру, проведение социально полезной деятельности, благоустройство городов, населенных пунктов позволяет им вести проповедь вне церкви даже вопреки закону. Но чаще всего они прибегают к прямому подкупу. Даже политика правительства, ныне ориентированная на развитие всесторонних отношений с США Кореей, Японией предоставляет западным миссионерам благоприятные условия, так как тогда зачастую официальные власти находятся в финансовых или иных взаимовыгодных отношениях с иностранными конфессиями. Ряд из них ставят задачу проникнуть на территорию России и Китая. Есть данные, что спецслужбы США, Южной Кореи широко используют данные религиозные организации в своих целях. В этом уже играет роль выгодное геополитическое положение Монголии, крупнейшие в мире месторождения, угля, меди, золота и др. полезных ископаемых. Эти страны конкурируют с Китаем в Монголии за сферы влияния, все более и более вытесняя Россию.

По неофициальным данным уже сейчас в Монголии около 5% населения стали членами христианских сект ( более 100 тыс.). Западные секты интенсивно открыто поддерживают Демократическую партию Монголии. Ожидалось, что в Монголии в феврале этого года должна была произойти очередная «оранжевая революция», но из-за национального праздника Цаган Сар эти планы провалились. Пророссийская консервативная партия МНРП (Монгольская Народная Революционная партия) сейчас заняла лидирующее положение в государстве. Если бы не причины, указанные выше, то, пожалуй, для деятельности православного прихода были бы самые выгодные условия. Интересно, что на встрече со мной в начале сентября этого года президент Монголии Энхбаяр четко указал на деструктивный характер западных религиозных течений и высказался за развитие религиозных организаций представителей традиционных мировых религий в Монголии, в том числе и православия, что способствовало бы укреплению общественного строя, но на следующий день официальная пресса опустила это замечание президента.

Ставится ли задача обращения монгол в православие?

Так как позади семьдесят лет атеизма, то монголы во многом отошли от традиционного буддизма. Но религиозное невежество оказалось во многом на руку лишь западным миссионерам. Их методы работы, во-первых, неприемлемы для нашего прихода, так как задачей социального служения они ставят привлечение адептов. Мы тоже ведем социальную деятельность, оказывая помощь продуктами и одеждой, иногда деньгами малоимущим слоям населения, но не ставим задач обращения через это в веру, так как такое обращение чаще всего ложно. Во-вторых, масштабы социальной деятельности, скажем, к примеру, нас и католиков, несопоставимы. У них только в Улан-Баторе несколько прекрасно оборудованных комплексов, где есть детские приюты, больницы, авто и швейные мастерские, библиотеки и Интернет классы, бесплатные курсы, бесплатные обеды и т.д. и т.п. Я уже не говорю о штате и обильном финансировании мормонов. По отзывам одного из протестантских бюллетеней, православная церковь самая малочисленная христианская группа в Монголии. В действительности, на воскресное богослужение собирается в среднем от 20 до 40 человек, на Пасху и Рождество – 150-200, подавляющее большинство из которых русские. В то время как на одно воскресное собрание в ближайший мормонский храм приходят до тысячи человек. Далее, их собрания выглядят более привлекательными, даже у католиков. При чем дело тут не только в том, что основной язык у них монгольский. Хотя и мы собираемся переводить богослужение на монгольский, но, все равно, большинство монгол до сих пор хорошо говорит по-русски. Смогут ли наши богослужения привлечь монгол? – Может быть, если мы построим изящный храм, обучим прекрасных певцов. Кстати, многие из них побывав в России, посетив православные храмы, восхищались богослужением. У нас есть еще один плюс – это пока еще близость культуры и менталитета современных монголов и русских. Согласитесь, где еще вы сможете найти страну мира, где так слушают русские песни, смотрят российское кино и даже сериалы, переведенные на монгольский, любят российские продукты. А российские школы пока еще тоже самые популярные в Монголии, достаточно сказать, что сын президента учится в нашей Посольской школе. Если наш приход сможет использовать этот совместный культурный пласт, скажем через преподавание в школах основ религиоведения, организацию образовательного центра в рамках прихода, то это тоже может привлечь монгол к русской православной церкви. На этом пути есть определенные сложности, как с российской, так и с монгольской стороны, но, пожалуй, указанные выше хозяйственный и образовательный проекты выглядят на данный момент наиболее эффективными. Взаимодействие с традиционной буддийской сангхой и консервативным крылом власти поможет в их реализации.

Пока же на приходе всего лишь 10 монгол постоянных прихожан. 5 из них некрещеные, двое были крещены соответственно в России и Венгрии, троих я сам крестил в течение года. Это дети и взрослые. Но они, пожалуй, сейчас одни из самых активных прихожан. К примеру, состав хора: 2 монголки, 1 бурятка и 1 русская. Сторожа – тоже монголы. Одна из монголок – деловая женщина, ее четырехэтажный офис в центре Улан-Батора был освящен православным чином. Сотрудниками в свою компанию она предпочла взять наших русских прихожан специалистов, хотя мормоны предлагали ей полностью укомплектовать компанию.

Как в дальнейшем будет развиваться религиозная, да и политическая ситуация в Монголии, предсказать очень сложно. Ясно, что уже очень много возможностей как экономических, политических, так и религиозного просвещения уже упущено. Но очевидно также и другое, что, если не предпринять, как говорит мой друг православный американец, много помогавший приходу, outreach, то есть в более широком смысле шаг вперед, то, скорее всего, в ближайшие пять лет православия в Монголии не будет. Будем надеяться на милость Божию как к нам православным в Монголии, так и в целом к этой богохранимой стране, о которой мы молимся в своих молитвах!

сайт "Православие на Дальнем Востоке"

Последнее обновление ( Вторник, 24 Октябрь 2006 )
 
< Пред.   След. >
© 2017 "Православие в Корее" - Сайт русской общины при храме св. Николая, г. Сеул